Рассказываем, что кавер-группа делает на репетициях: как появляются новые аранжировки и мэшапы, оттачивается программа, придумываются интерактивы и разбираются прошедшие концерты.
Почему кавер-группе недостаточно однажды выучить программу
Если группа уже десятки раз сыграла одну и ту же песню, зачем снова собираться в студии и репетировать её?
Примерно по той же причине, по которой спортсмен не перестаёт тренироваться после первого хорошего результата.
Для музыкального коллектива репетиция — один из главных рабочих процессов. Здесь создают новые номера, поддерживают в форме большой репертуар, чистят партии, придумывают переходы и интерактивы, вводят новых музыкантов и разбирают то, что произошло на последних концертах.
Причём далеко не каждая репетиция заканчивается новой песней. Иногда несколько часов уходят на то, чтобы уже знакомая программа стала точнее, удобнее и сильнее на сцене.
Примерно по той же причине, по которой спортсмен не перестаёт тренироваться после первого хорошего результата.
Для музыкального коллектива репетиция — один из главных рабочих процессов. Здесь создают новые номера, поддерживают в форме большой репертуар, чистят партии, придумывают переходы и интерактивы, вводят новых музыкантов и разбирают то, что произошло на последних концертах.
Причём далеко не каждая репетиция заканчивается новой песней. Иногда несколько часов уходят на то, чтобы уже знакомая программа стала точнее, удобнее и сильнее на сцене.
Как на репетиции появляется новая песня
У «Немодных» новый номер может родиться совершенно по-разному.
Иногда группа берёт одну известную композицию и начинает её разбирать: меняет темп, стиль, инструменты, сокращает форму, пробует другой ритм или ищет вариант, который лучше работает именно на живом выступлении.
Другой путь — изначально придумать мэшап из нескольких песен.
Например, собрать блок из рок-хитов 2000-х. Музыканты приносят разные варианты и начинают искать связи: из одной композиции берут музыкальный фрагмент, из другой — припев, несколько песен могут сменять друг друга по очереди или неожиданно соединяться внутри одной аранжировки.
У этого процесса нет готовой схемы. Иногда идея складывается быстро, иногда после получаса становится понятно, что на бумаге она выглядела намного лучше.
И тогда всё начинается заново.
Так знакомые песни постепенно превращаются в номера, которые уже звучат как часть программы «Немодных», а не как попытка максимально точно повторить оригинал.
Иногда группа берёт одну известную композицию и начинает её разбирать: меняет темп, стиль, инструменты, сокращает форму, пробует другой ритм или ищет вариант, который лучше работает именно на живом выступлении.
Другой путь — изначально придумать мэшап из нескольких песен.
Например, собрать блок из рок-хитов 2000-х. Музыканты приносят разные варианты и начинают искать связи: из одной композиции берут музыкальный фрагмент, из другой — припев, несколько песен могут сменять друг друга по очереди или неожиданно соединяться внутри одной аранжировки.
У этого процесса нет готовой схемы. Иногда идея складывается быстро, иногда после получаса становится понятно, что на бумаге она выглядела намного лучше.
И тогда всё начинается заново.
Так знакомые песни постепенно превращаются в номера, которые уже звучат как часть программы «Немодных», а не как попытка максимально точно повторить оригинал.
Большая часть репетиции — не создание, а шлифовка
Новая аранжировка обычно сначала появляется в довольно крупной форме: понятна структура, основные партии, переходы и общая идея.
А дальше начинается работа с деталями.
Где-то нужно точнее сыграть общий акцент. Где-то изменить партию одного инструмента, добавить брейк или стоп-тайм. В другом месте становится понятно, что клавишный тембр не подходит или один из инструментов стоит сделать тише относительно остальных.
Песня продолжает меняться и после того, как уже попала в концертную программу. На выступлении музыканты могут заметить, что переход затягивается, какой-то момент не даёт ожидаемой реакции или внутри номера хочется добавить новый акцент. На следующей репетиции эти наблюдения проверяют и, если идея работает, фиксируют.
Поэтому одна и та же композиция через год может звучать немного иначе, чем в момент, когда её только добавили в репертуар.
А дальше начинается работа с деталями.
Где-то нужно точнее сыграть общий акцент. Где-то изменить партию одного инструмента, добавить брейк или стоп-тайм. В другом месте становится понятно, что клавишный тембр не подходит или один из инструментов стоит сделать тише относительно остальных.
Песня продолжает меняться и после того, как уже попала в концертную программу. На выступлении музыканты могут заметить, что переход затягивается, какой-то момент не даёт ожидаемой реакции или внутри номера хочется добавить новый акцент. На следующей репетиции эти наблюдения проверяют и, если идея работает, фиксируют.
Поэтому одна и та же композиция через год может звучать немного иначе, чем в момент, когда её только добавили в репертуар.
Репертуар нужно просто постоянно играть
У группы большая программа, и далеко не каждая песня звучит на каждом концерте.
Но если через несколько месяцев она снова понадобится, нельзя рассчитывать, что все музыканты автоматически вспомнят каждую партию, текст, переход и сценическое действие.
Поэтому часть репетиций — это обычное повторение материала.
Музыканты проходят песни, которые давно не играли, восстанавливают партии, проверяют тексты и возвращают номера в рабочую форму.
В этом как раз хорошо работает сравнение со спортом: умение однажды хорошо сыграть песню не отменяет необходимости поддерживать форму.
И чем больше репертуар, тем важнее эта постоянная работа.
Но если через несколько месяцев она снова понадобится, нельзя рассчитывать, что все музыканты автоматически вспомнят каждую партию, текст, переход и сценическое действие.
Поэтому часть репетиций — это обычное повторение материала.
Музыканты проходят песни, которые давно не играли, восстанавливают партии, проверяют тексты и возвращают номера в рабочую форму.
В этом как раз хорошо работает сравнение со спортом: умение однажды хорошо сыграть песню не отменяет необходимости поддерживать форму.
И чем больше репертуар, тем важнее эта постоянная работа.
Репетируют не только музыку
Концерт состоит не из отдельных песен, между которыми группа просто ждёт следующего вступления.
Нужно понимать, кто и в какой момент выходит вперёд, когда меняется вокалист, как музыканты переходят от одной композиции к другой и что происходит между ними.
На репетициях придумывают и проверяют интерактивы с залом, сценические переходы и небольшие игровые моменты. Что-то сначала пробуют на концерте как эксперимент, а затем возвращаются в студию, чтобы понять, стоит ли оставлять эту идею и как её сделать точнее.
Там же выстраивается сценография отдельных номеров: кто где находится, когда меняет инструмент, в какой момент начинается следующий блок.
Со стороны такие вещи часто выглядят как лёгкая импровизация.
Но если хороший переход повторяется на нескольких концертах и каждый раз работает, скорее всего, однажды его уже разобрали и закрепили на репетиции.
Нужно понимать, кто и в какой момент выходит вперёд, когда меняется вокалист, как музыканты переходят от одной композиции к другой и что происходит между ними.
На репетициях придумывают и проверяют интерактивы с залом, сценические переходы и небольшие игровые моменты. Что-то сначала пробуют на концерте как эксперимент, а затем возвращаются в студию, чтобы понять, стоит ли оставлять эту идею и как её сделать точнее.
Там же выстраивается сценография отдельных номеров: кто где находится, когда меняет инструмент, в какой момент начинается следующий блок.
Со стороны такие вещи часто выглядят как лёгкая импровизация.
Но если хороший переход повторяется на нескольких концертах и каждый раз работает, скорее всего, однажды его уже разобрали и закрепили на репетиции.
После концерта тоже есть что репетировать
Репетиция часто начинается с разбора предыдущих выступлений.
Где-то музыканты разошлись в определённом моменте. Где-то оказалось неудобно менять инструмент. Какой-то интерактив сработал лучше, чем ожидалось, а другой, наоборот, стоит переделать.
Обсуждают не только исполнительские ошибки. Всплывают организационные моменты, костюмы, подготовка новых съёмок и видеоконтента, идеи для следующих выступлений.
По сути, это редкий момент, когда весь коллектив находится в одном месте и может спокойно разобрать то, на что во время мероприятия просто нет времени.
Где-то музыканты разошлись в определённом моменте. Где-то оказалось неудобно менять инструмент. Какой-то интерактив сработал лучше, чем ожидалось, а другой, наоборот, стоит переделать.
Обсуждают не только исполнительские ошибки. Всплывают организационные моменты, костюмы, подготовка новых съёмок и видеоконтента, идеи для следующих выступлений.
По сути, это редкий момент, когда весь коллектив находится в одном месте и может спокойно разобрать то, на что во время мероприятия просто нет времени.
А если меняется музыкант?
Даже хорошо сыгранной группе иногда приходится работать с новым человеком: например, на конкретном концерте выходит другой барабанщик или в состав вводят нового артиста.
Знать партии в таком случае недостаточно.
Музыкантам нужно сыграться: почувствовать общую динамику, привыкнуть к акцентам друг друга, пройти переходы и понять, как работает программа именно в этом составе.
Поэтому нового участника не просто отправляют домой со списком песен. Его приглашают на совместные репетиции.
То же касается специальных номеров для конкретного события — например, если вместе с группой должен выступить руководитель компании или гость. Такой номер отдельно проходят, выбирают удобную тональность, фиксируют структуру и договорённости по сцене.
Знать партии в таком случае недостаточно.
Музыкантам нужно сыграться: почувствовать общую динамику, привыкнуть к акцентам друг друга, пройти переходы и понять, как работает программа именно в этом составе.
Поэтому нового участника не просто отправляют домой со списком песен. Его приглашают на совместные репетиции.
То же касается специальных номеров для конкретного события — например, если вместе с группой должен выступить руководитель компании или гость. Такой номер отдельно проходят, выбирают удобную тональность, фиксируют структуру и договорённости по сцене.
Репетиция заканчивается задолго до того, как её увидят гости
Для зрителя концерт должен выглядеть легко.
Песня начинается вовремя, музыканты понимают друг друга без длинных переговоров, переходы не разваливаются, а знакомые хиты звучат так, будто группа играет их именно сейчас, а не воспроизводит заученную программу.
За этой лёгкостью и стоит постоянная работа.
На репетиции «Немодные» могут придумать новый мэшап, вспомнить песню, которую не играли несколько месяцев, изменить тембр синтезатора, разобрать ошибку с прошлого концерта или полчаса доводить переход, который для гостя займёт несколько секунд.
Поэтому репетиция — не этап, который однажды заканчивается после того, как программа выучена.
Это место, где программа продолжает жить.
Песня начинается вовремя, музыканты понимают друг друга без длинных переговоров, переходы не разваливаются, а знакомые хиты звучат так, будто группа играет их именно сейчас, а не воспроизводит заученную программу.
За этой лёгкостью и стоит постоянная работа.
На репетиции «Немодные» могут придумать новый мэшап, вспомнить песню, которую не играли несколько месяцев, изменить тембр синтезатора, разобрать ошибку с прошлого концерта или полчаса доводить переход, который для гостя займёт несколько секунд.
Поэтому репетиция — не этап, который однажды заканчивается после того, как программа выучена.
Это место, где программа продолжает жить.
